(Годы жизни 1542 – 1605, падишах Хиндустана с 1556 по1605 год.)
   
    С древнейших времён манила чужеземцев сказочная Индия. Пять тысяч лет тому назад за индийскими товарами плавали на тростниковых судах под циновочными парусами шумеры. Во втором тысячелетии до н.э. здесь расселились пришедшие с севера арии. Чудеса загадочной страны описали Геродот и Марко Поло. Чтобы присоединить Индию к своей империи, совершил неудачный поход с большими потерями Александр Македонский. И неудивительно. Плодородные почвы давали здесь по нескольку урожаев в год. Золото и драгоценные камни добывались дешёвым и простым способом: промыванием речного песка или в открытых месторождениях. Индия была единственным поставщиком алмазов и жемчуга. Изделия ремесленников пользовались большим спросом и высоко ценились на заграничных рынках. Расшитые золотой нитью и самоцветами ковры радовали взоры восточных владык. Из «шерстяного дерева», хлопчатника, делались неизвестные в других странах тончайшие ткани. Здесь росли деревья драгоценных пород, пряности и благовония. Из слонов формировали свои «бронетанковые» отряды Селевкиды. Словом, «не счесть далёкой Индии чудес». Держава Великих Моголов, мусульманских правителей Индии, была самой богатой из всех когда-либо существовавших империй.
    Первыми мусульманами на Индийском субконтиненте были купцы из южной Аравии, они издавна вели свои дела в Индийском океане и селились на побережье торговыми общинами. В 8-ом веке, спустя столетие после образования Арабского халифата, сюда пришли последователи Пророка и на завоёванных землях появились два мусульманских княжества. Но массированное проникновение ислама шло с севера – из Средней Азии через  Афганистан. Махмуд Газневи, владыка султаната Газневидов, простиравшегося от Грузии до Афганистана, яростный приверженец ислама, взял на себя миссию обращения идолопоклонников в истинную веру. Выразилось это в том, что с 1001 по 1026 год он совершил 17 походов в северную Индию. То есть каждый год  да через год он разорял огромные пространства, разрушал, грабил храмы и города, убивал и уводил тысячи пленников. В состав своей державы он включил Кашмир и Пенджаб в северо-западной части страны. Веротерпимый Чингис-хан и равнодушный к религии Тимур обходились без идеологических лозунгов – они шли в Индию просто грабить.
    В 1398 году Тимур разгромил местных правителей, взял Дели и пять дней беспощадно казнил город. Улицы и разрушенные дома были забиты трупами, кровь текла ручьями. По монгольскому обычаю Тимура сопровождала семья, присутствие женщин и детей (в том числе и малолетнего Улугбека) никого не смущало. С огромной добычей непобедимый Железный хромец вернулся в Самарканд, а в  Дели  оставил наместника. После смерти повелителя в 1405 году наместник объявил себя султаном; военачальники, получившие за службу земельные владения, стали князьями, от центральной власти мало  или совсем не зависимыми. В бывшей империи Тимура десятилетиями велась беспощадная борьба его потомков за раздел наследия великого эмира, появлялись и исчезали государства тимуридов, чингизидов, а также военных феодалов из персов, тюрков, афганцев.
    Основатель  династии Великих Моголов стал правителем ферганского улуса в 11 лет после гибели отца в землетрясении – трещина прошла как раз через дворец. С юных лет ему пришлось воевать за право владеть наследным уделом, за мужество в боях его прозвали Бабуром, «львом» по-персидски. По отцовской линии он был правнуком Тимура, а по матери потомком Чингис-хана в четырнадцатом колене, отсюда и название династии, данное европейцами, Великие Моголы. Название не совсем точное – в жилах индийских правителей монгольской крови было не больше, чем варяжской в последних Рюриковичах или русской в Романовых, но оно вошло во всемирную историю, хотя на востоке их называли шахами, царями Хиндустана, а начиная с Акбара падишахами, то есть императорами. В 17 лет Бабур был вытеснен в Кабул, попытки вернуть среднеазиатские владения успехом не увенчались и тогда по примеру предков он двинулся в Индию. В 1526 году с 12-тысячным войском он победил 100-тысячную армию делийского султана. Успех принесли военный опыт и талант поководца и пушки, отлитые турецкими мастерами - покрытые бронёй слоны противника соперничать с ними не могли. Правил Бабур всего 4 года, о его смерти повествует трогательная легенда. Смертельно заболел его сын и наследник Хумаюн. Удручённый отец молил Всевышнего спасти сына взамен самого дорого, что есть у него. Хумаюн пошёл на поправку и выздоровел, а Бабур вскоре заболел и скончался. Его мраморный мавзолей в Кабуле сохранился до наших дней. После его смерти были обнаружены сотни стихов и замечательная книга «Бабур-наме», содержащая кроме автобиогрфии бесценные сведения по истории, природе и хозяйству Средней Азии, Афганистана и северной Индии.
    Становление династии – дело не простое. Хумаюн, сын Бабура, правил 9 лет, был побеждён и изгнан из Дели афганским феодалом, жестоким и талантливым военачальником Шер-ханом. Еще раньше Кабул и Кандагар захватил единокровный брат Хумаюна Камран. И отставной монарх отправился в изгнание, длившееся 16 лет. Сначала он с семьёй скитался в пустыне Синда (нынешний Пакистан), где 1542 году родился сын Акбар. Позднее нашёл покровительство персидского шаха и с помощью персидского войска к 1555 году вернул себе и Кабул и Дели. Но не надолго. В 1556 году, спеша на молитву и сбегая по лестнице, он запутался в полах одежды, скатился кубарем по ступенькам и разбил голову.
     Наследовал ему тринадцатилетний Акбар. Несколько лет за него правил визирь, затем первый министр был отстранён, юный государь взял бразды правления железной рукой, а для начала расправился с заговорщиками, среди которых был и его брат Хаким. Акбар переводится с арабского как Великий. Третий правитель Хиндустана, истинный основатель династии, соответствовал своему имени целиком и полностью. Он был велик во всём: в делах государственных и военных, строительстве и покровительстве просвещению, богоискательстве, охоте и спортивных играх. Обладал неистощимой энергией, огромной физической силой и феноменальной памятью. Но главное, что поднимает его на недосягаемую для других мусульманских повелителей высоту, -  он нашёл идеальную форму сосуществования завоевателей и многократно превосходящих  их по численности коренных жителей. Акбар уравнял в правах индусов с мусульманами, что принесло прекрасные плоды правителю, династии и подданным. В начале царствования в возрасте 20-21 года он отменил «джизью» - налог, взимаемый с немусульман в странах ислама, а также дискриминационные ограничения, например, запрет служить в войсках или органах управления. Придворный штат наполовину состоял из индусов. Одной из жён Акбара была дочь раджи и именно её сын стал наследником престола. Из касты воинов, раджпутов, Акбар организовал конницу и его войско стало непобедимым. Лучший из полководцев, раджа Сингх, был индусом. Чиновники из местных жителей хорошо знали страну, они верой и правдой служили повелителю, возвысившему их. Следовал ли Акбар примеру Александра Македонского, чей опыт тщательно изучался на востоке, или исходил из собственных соображений? В любом случае,  название его «царём Соломоном Индии по великой мудрости его» не было дежурным славословием.
    Когда он вступил на престол, его владения состояли из районов Дели, Агры и части Пенджаба, да и те приходилось отстаивать в боях. В вассальной зависимости от Акбара считался Кабул, основная часть нынешнего Афганистана, но эта зависимость была практически номинальной. К 32-м годам Акбар в основном сформировал территорию своей державы – завоевал огромные пространства, за исключением южной части полуострова. Насчёт территориальных захватов у него была собственная концепция. «Монарх должен всегда вести завоевания, иначе соседи будут совершать на него вооружённые нападения». «Если бы цивилизованный мир, ныне разобщённый, подчинялся умному, справедливому правителю, наделённому необычайными способностями, то пыль раздоров улеглась бы и смертные нашли своё место. Поэтому наши времена на земле счастливы и благословенны, ибо Акбар постоянно занят завоеванием других стран». Сегодня эта идея звучит странно, но на средневековом Востоке, где все воевали против всех, другого выбора у монарха, скорее всего, не было.
     Он выиграл десятки битв и не потерпел ни одного поражения. Назвать покорение страны мирным присоединением, разумеется, нельзя. Держава была создана военным путём, а «на войне как на войне», как бы ни хотелось поклонникам Акбара, в том числе и мне, обойти жестокие подробности. Известно, что упорное и длительное сопротивление жителей города Читар привело Акбара в такое бешенство, что взяв крепость,он приказал уничтожить 20 тысяч её жителей. Возможно, это был единственный случай, возможно,  дипломатические изощрения, заключение союзов и династических браков были предпочтительней и делали победы менее кровопролитными. Других примеров расправы с побеждёнными в истории не зафиксировано. Во всяком случае, по части жестокости Акбара невозможно сравнивать ни с его прославленными предками, Чингис-ханом и Тимуром, ни с современными ему правителями, турецкими султанами или персидскими шахами.
    Покорить племена, города и земли ещё не значит создать державу, нужно научиться управлять ею, и чем больше страна, тем это сложнее. Особенно такая, как Индия, с её огромными пространствами и населением, разнообразием природных условий и укладов жизни, уровней развития, культуры, верований, традиций. И Акбар создал то, что в разные времена и в разных странах совершили другие государи-объединители: от первого китайского императора до великих Московских князей и французских Капетингов  – централизованный аппарат управления. Он разделил страну на 16 областей и в каждой поставил правителя, подчинённого непосредственно падишаху. С раздачей земель наместникам и полководцам в наследственное владение было покончено, все они получали жалованье или временные владения как эквивалент жалованья. Налоги в казну собирали теперь не местные феодалы, а столичные чиновники, часто сменяемые, что положило конец злоупотреблениям и казна стала быстро наполняться. С земледельцев взимался налог в размере 1/3 урожая, что по тем временам было вполне приемлемо. В голодные и неурожайные годы налог не брался, крестьяне получали из государственных закромов зерно в кредит под будущий урожай. В особо урожайные годы, когда рыночные цены на зерно падали, земельные подати с крестьян, плативших часть налога деньгами, снижались на 10-25%. В городах были организованы суды и полиция, следящая за порядком. Установление единой системы мер и весов, а также обеспечение безопасности на торговых путях привели к развитию торговли и созданию торговых центров государственного значения, поощрялась международная торговля.  По  всей стране был отменён мусульманский лунный календарь и введён единый солнечный, основанный на таблицах Улугбека. Таким образом, от феодальной раздробленности и бесконечных кровавых междоусобиц  Акбар вывел страну к новому уровню государственного развития –централизованной монархии.
    Особое место в его деятельности занимала религиозная политика. Как  и его предок Чингиз-хан, Акбар был веротерпим. Но если Чингиз-хан старался не обижать чужих богов, чтобы не навредили, то его потомок исходил из государственных интересов и широты собственного мировоззрения. Сам поначалу правоверный суннит, Акбар уважал обычаи и веру индусов. Он не грабил и не рушил их храмы, не сбивал категорически запрещённые исламом скульптурные изображения людей и животных. До наших дней сохранился даже храм в Каджурахо, фигурные композиции на внешних стенах которого напрямую иллюстрируют Кама-сутру. Акбар отличался большим интересом к религиям, вёл беседы даже с христианскими миссионерами и даровал свободу вероисповедания всем своим подданным. В одной из его резиденций был выстроен павильон для свободных дискуссий представителей разных религий в присутствии и при участии падишаха. Акбар говорил: «Лишь та вера истинна, которую одобряет разум», «Многие глупцы, поклонники традиций, принимают обычай предков за указания разума и тем самым обрекают себя на вечный позор». Он отменил «дикие» по  его представлению обычаи, например, сжигание индусских вдов на погребальных кострах мужей. С другой стороны, запретил мусульманам резать священных для индусов коров и отменил смертную казнь за вероотступничество. Акбар не был сторонником культовых ритуалов, «Богу надо служить нравственно чистыми делами и мыслями», - считал он. В 1578 гол был издан указ о свободе вероисповедания, а в следующем шейхи ислама были принуждены подписать декларацию, по которой падишах стал высшим духовным авторитетом во всех религиозных вопросах. Нововведения не устраивали многих мусульманских религиозных и светских феодалов. Вспомним, что инициаторами расправы с просвещённым правителем и выдающимся учёным Улугбеком были шейхи ислама. Но с Акбаром это не прошло – восстание 1580-1582 годов под лозунгом «свержения правителя-вероотступника» было подавлено с помощью индусских военных формирований. С этого времени Акбар приступает к внедрению созданной им религии, названной «Дин-и Илахи» («Божественная вера»),  составленной из лучших – по его мнению – положений ислама, индуизма, зороастризма и даже христианства. Эта вера должна была объединить всех его подданных и примирить их религиозные разногласия. Пророком новой религии был объявлен её создатель. Но широкого распространения не получилось, кроме Акбара и 18 придворных желающих не находилось, а после его смерти и эта группа тихо и бесследно растаяла.
    Акбар не умел ни читать, ни писать. Детские годы, самые продуктивные для обучения грамоте, он провёл вместе с семьёй в изгнании, дважды был похищен как заложник врагами его отца. В Дели прибыл в возрасте 12-13 лет, а через несколько месяцев занял престол и погрузился уже во взрослые дела. Безграмотность не помешала ему стать меценатом, тонким знатоком и ценителем литературы. Книги ему  читали вслух, придворная библиотека насчитывала 24 тысячи манускриптов и сопровождала его в походах. Художники-оформители достигли высочайшего мастерства в книжной миниатюре, изображая людей с небывалым доселе портретным сходством, животных, придворных, боевые и бытовые сцены. При дворе повелителя индийские книги переводились на персидский, а древняя поэма «Рамаяна» была переведена с санскрита на современный хинди. Сделал этот перевод в стихах знаменитый поэт и певец Тансен, «жемчужина при дворе Акбара», позже считавшийся священным покровителем всех певцов и поэтов. Нужно ли говорить, что литераторы, живописцы и учёные были окружены почётом и уважением?
    В обычае мусульманских правителей, начиная с Махмуда Газневи (ХI век), было разрушение языческих храмов, а уж поставить на развалинах  мечеть считалось особо богоудным делом. Даже Бабур за короткие четыре года правления успел построить мечеть на месте разрушенного по его повелению святилища Рамы. Акбар не разрушал, он строил и строил грандиозно. Остановимся на самых значительных сооружениях. Первым (1560 год) стал мавзолей отца, Хумаюна в Дели, постронный 18-летним Акбаром и вдовой Хумаюна. Архитектура мавзолея традиционна для мусульманских построек – прямоугольная планировка, по периметру колонны со стрельчатыми арками, купола, обширный внутренний двор. Но строительный материал, красный песчаник в сочетании с белым мрамором, придаёт  зданию индийский колорит. Хотите верьте, хотите нет, но в углах над входом в мавзолей белым камнем выложены две шестиконечные звезды царя Давида. Мавзолей окружён персидским садом с фонтанами, павильонами, парками – земной рай, только без гурий. Это первое могольское сооружение – образчик великолепия и могущества империи.
    Акбар перенёс столицу из Дели в Агру и в 1565 над рекой Джамна началось строительство правительственной резиденции, Агра-форта, сооруженного в виде полумесяца из блоков красного песчаника. В архитектурном плане цитадель представляет синтез исламского и индийского  зодчества. 6 лет строилась мощная, окружённая каменным рвом с водой двойная стена высотой в 21 метр, шириной в 10 метров,периметр – 2,4 км. На территории форта расположились дворцы, мечети, залы для аудиенций, бассейны. Здания монументальных строгих форм тоже из красного камня, что вместе со стеной звучит единым архитектурным аккордом. В 1983 году Красный форт Агры по праву занял место в реестре всемирного наследия ЮНЕСКО.
    Ему перевалило за двадцать, а жёны рожали только дочерей. Тщетно молил Акбар небеса о наследнике. В местечке Сикри недалеко от Агры жил отшельник-провидец, который предсказывал крестьянам дождь, засуху, виды на урожай и прочее. К нему обратился Акбар, и Селим, так звали отшельника, объявил, что первенец уже в дороге, а всего у повелителя будет трое сыновей. Пророчество исполнилось – вскоре жена-индуска родила сына, названного в честь старца Селимом,  затем и родились ещё двое мальчиков. Переехать в Агру отшельник отказался и тогда в пустыне возник сказочный город – Фатхпур-Сикри, новая столица империи. Мать наследника получила роскошный дворец, усопший в мире и достатке Селим  -  бело-мраморный  мавзолей. Строился город из красного камня, в стиле, названном позднее «акбари».Узких и извилистых закоулков, характерных для восточного города той эпохи, тут не было. По широким улицам свободно шествовали роскошные процессии с войсками, конницей и слонами, оставалось место и для горожан, толпами собиравшихся смотреть  на эти шествия. В городе было всё: мечети, дворцы, медресе, тронный и аудиенц-залы,  монументальные Врата Великолепия, ведущие в пятничную мечеть. Не было только воды, искусственный водоём и ирригационные сооружения эту проблему не решали. Повелитель и двор вернулись в Агру, город постепенно опустел. Фатхпур-Сикри, город-мечта, превратился в город-призрак, посещаемый только туристами. А к могиле Селима и по сей день приходят индийцы молить о наследнике, говорят, помогает.
    При Акбаре города и крепости связали великолепные, мощёные каменными плитами дороги с караван-сараями для путников. «Шахская дорога» из Агры в Лахор на всём протяжении была обсажена деревьями в виде тенистой аллеи.
    Последняя величественная стройка Акбара – собственный мавзолей, спроектированный самим падишахом, на им же выбранном месте в 10 км от Агры. Строительство было начато за несколько лет до смерти повелителя и закончено его сыном. Мавзолей  Акбара – это архитектурный комплекс, занимающий несколько гектаров с садами, фонтанами, мощёными дорогами. Ансамбль выполнен из красного камня и белого мрамора, окружён каменной оградой с 4-мя воротами. Главные, южные ворота – монументальное сооружение с угловыми башнями, напоминающими минареты. Сама усыпальница – пятиярусное здание, во внутреннем дворе на платформе стоит беломраморный декоративный саркофаг, покрытый резной вязью арабских изречений. Останки падишаха захоронены в тайных катакомбах под землей. Впреки требованиям ислама,  Акбар повелел, чтобы его похоронили головой не к Каабе, а в сторону восходящего солнца. Поразительной красоты внутренняя отделка совершенно не пострадала от времени, жары и дождей, краски так же свежи, как 400 лет тому назад.
    Дневниковые записи португальских монахов-иезуитов, проживших два года при дворе Акбара,  сохранили и донесли до нас его живой облик. «Внешность и лицо владыки соответствовали его царскому достоинству, так что с первого взгляда было ясно – это царь. У него широкие плечи, светло-коричневая кожа, а голову он держит слегка склонённой к правому плечу. У него широкий открытый лоб, глаза лучатся и сияют подобно озеру, искрящемуся в лучах солнца. Всё его тело необыкновенно пропорционально. Он ни худ, ни толст, зато здоров, силён и крепок. Смеётся он совершенно непринуждённо, изъясняется спокойно, ясно и открыто, с сознанием собственного достоинства, а если бывает сердит – то и с внушающим страх величием. Вопреки обычаям своего рода, он стрижёт волосы и носит на голове не накидку (куфию, как я понимаю), а тюрбан, из-под которого выбиваются пряди волос; говорят, что он это делает, чтобы понравиться своим индийским подданным».
    Акбар был государем-тружеником, как Людовик ХIV или Пётр I, спал всего несколько часов в сутки, часами разбирал доклады чиновников, следил за работой помощников, обсуждал с ними новые проекты. В часы отдыха кипучая энергия Акбара находила выход в кузнечных работах, обработке камня и дерева. Обстричь верблюда он мог быстрее любого стригаля. Он был страстный охотник, однажды врукопашную одолел раненую разъярённую  тигрицу. В другой раз укротил вышедшего из повиновения слона. Любил участвовать в спортивных состязаниях: скачках, гонках на слонах, придумал ночное поло – игру с горящим мячом. Подобно Гарун ар-Рашиду, переодевшись в простое платье, бродил по ночному городу. Как-то раз на него напали грабители и он в одиночку обратил их в бегство.
    Всех талантов Акбара не счесть. Но один заслуживает особого внимания – умение подбирать помощников, в чём сказывается государственная мудрость правителя. Имена и деяния наиболее прославленных из них, по достоинству оценённых и приближенных к трону, сохранила история – мусульманина Абу-л Фазла и индуса Бирбала.
    Абу-л Фазл Аллами (1551-1602 годы), высоко образованный интеллектуал, полиглот, переводчик Библии на фарси (персидский), был первым советником и соратником падишаха во всех начинаниях.  Его представили Акбару как учёного и поэта, вскоре государь оценил его таланты и доверил придворную канцелярию, поручал дипломатические миссии и командование войсками во время войны в Декане. Абу-л Фазл предпринял гигантский труд – книгу «Акбар-наме», биографию монарха с подробным описанием его деяний. Читать её сегодня почти невозможно, витиеватый слог, обилие астрологических толкований и цветистых славословий в адрес владыки затмевают содержание. Но современникам автора она была доступна и понятна. В то время, когда не было газет и журналов, радио и телевидения, книга была единственным источником знаний, информации и идеологии. «Акбар-наме», по замыслу автора,  должна была донести в первую очередь до противников Акбара идею божественной предопределённости его великих реформ. Закончить книгу он не успел, так как пал жертвой заговора первенца Акбара, Селима, против отца. Узнав об  его убийстве, Акбар горестно воскликнул: «Если Селим так торопится занять трон, то лучше бы он убил меня, а не Абу-л Фазла!».
    Бирбал (1528-1586 годы) родился в образованной, но обнищавшей брахманской семье, получил известность как поэт и писатель, мудрый и остроумный советник при дворах индийских раджей. Слава его дошла до Акбара, Бирбала пригласили ко двору в качестве советника. Позднее ему был пожалован титул раджи и должность великого визиря. Погиб Бирбал в битве при подавлении восстания афганских племён. Долго оплакивал его Акбар, но оба они, повелитель и визирь обрели бессмертие в индийском фольклоре – легенды, притчи и анекдоты о них живы до сих пор. Вот пара из них.
    Беседовал как-то Акбар в саду со старшим евнухом гарема и зашла у них речь о Бирбале. Евнух, как и многие другие придворные, завидовал Бирбалу и очень плохо отозвался о нём. Акбар не согласился. «Владыка, если Вы считаете Бирбала самым остроумным из Вашего совета, пусть он ответит правильно на три моих вопроса, тогда я соглашусь с Вами», - ответил тот. Падишах велел задать вопросы. Евнух начал: «Первый вопрос: сколько звёзд на небе?  Второй: где находится центр земли? Третий: кого на свете больше – мужчин или женщин?». Падишах послал за Бирбалом, и когда тот пришёл, велел ответить на вопросы. Не говоря ни слова, Бирбал отправился на базар, вернулся с бараном и поставил его перед Акбаром. «Господин евнух,- сказал он,- сделате милость, сосчитайте, сколько волосков на спине у этого барана. Ровно столько же звёзд на небе». Затем Бирбал воткнул палку в землю и сказал: «Владыка мира! Здесь находится самый центр земли. Коли господин евнух не верит, пусть смерит сам». На третий вопрос, еле сдерживая смех, Бирбал дал такой ответ: «Покровитель бедных! Число мужчин и женщин перепуталось из-за этих евнухов, ведь они ни то, ни другое. Если убить всех евнухов, можно сосчитать точно». Долго смеялся падишах, опозоренный евнух удалился, а Бирбал получил награду.
    Как-то раз Акбар сказал при Бирбале: «Хорошо было бы, если бы падишахи сидели на троне до скончания века!». «Ещё бы, - поддакнул Бирбал, - только тогда, Владыка мира, как бы Вы стали падишахом?».
    Акбар обладал высоким душевным свойством, присущим далеко не всем владыкам  - великодушием. Он умел прощать врагов, «скрытых друзей», как он называл их, даже заговорщиков. Попытки покушения на жизнь падишаха предпринимались неоднократно, в том числе по замыслу брата Хаким-хана (1562 год) и первенца Селима (1601-1602 годы). Акбар простил обоих и даже вернул конфискованные владения. Действовал он так не из слабости – этого за ним не водилось. Милосердие к раскаявшимся обращало их в преданных сторонников к его же, Акбара, пользе. Для сравнения предлагаю вспомнить гибель первенцев и наследников престола двух великих русских царей – Ивана Грозного и Петра Первого.    
    Акбар Великий правил 49 лет и скончался 15 октября 1605 года.  Он, наверно, не был праведником, всё-таки кровь проливал, женщин любил. Но ни до, ни после него не было подобного ему императора в мусульманском мире, а может быть, и за его пределами.